Плеяда знаменитостей

Ну, а зимой? Бывает по-разному. В северные бури, когда на яйле метет пурга (поверь, читатель, — так бывает), ущелье наполнено воем и свистом. Того и гляди, подхватит тебя упругим воздушным потоком — и только мелькнешь пятками с этой Чертовой лестницы черт знает куда. По правде сказать, порою — от страха ли или от холода — трепещешь листом осиновым и всеми конечностями цепляешься за камни и кустарники, со скоростью черепахи пробивая макушкой лавину воздуха...

Да, Чертову лестницу нужно видеть в разное время, тогда поймешь, сколь многоликим может быть каждый кусок ландшафта, мельчайший его штрих.

Потолкуйте с теми, кто бывал здесь раз, от силы — два. Для одних Шайтан-Мердвен неописуемо великолепен, другим он кажется загадочным и грозным, третьи не видят в нем ничего необычного, четвертые испытывают страх, пятые клянут его на чем свет стоит за неудобства и трудность пути, наконец, найдется и такой, кто пожмет плечами: все, мол, это—преувеличения и пустяки.

Не верьте каждому из них в отдельности, но поверьте всем вместе — это и есть Шайтан-Мердвен.

До того, как на Южном берегу проложили шоссе от Ялты до Севастополя через Байдарские ворота, Шайтан-Мердвен был наиболее удобным перевалом для путешествующих из Севастополя на Южный берег и обратно. Волей-неволей приходилось им пользоваться.

Шайтап-Мердвеном прошли и многие из славных, оставив память об этом в своих дневниках, письмах, литературных и научных произведениях. Целая плеяда знаменитостей! Паллас и Дюбуа де Монпере—-оба путешественники, генерал Раевский и Пушкин, Грибоедов и Жуковский, Иван Бунин и Гарин-Михайловский, Леся Украинка и Валерий Брюсов.

В 1967 г. горноспасатели Крыма приклепали к скале у выхода с Чертовой лестницы железный ящик с альбомом для записей. В то же лето сотни туристов заполнили его беглыми строчками коротких впечатлений, стихами, рисунками или просто фамилиями. В альбоме можно было найти все — от восторгов до ужасов с разными эмоциональными нюансами. Не было разве что равнодушного безразличия: человеку равнодушному бывает лень или попросту неудобно расписаться в этом своем качестве.