Природа или человек?

Амфитеатр открывается неожиданно, как только шоссе круто поворачивает вправо, к подножию контрфорса Балчик-Кая, и затем вновь следует параллельно уступу Главной гряды. С этого места видна каждая складка рельефа, ступенчатое нагромождение скал, подножия которых тонут в осыпях камня и зелени лесов. Глубокие тени лежат в каньонах, подчеркивая объемность грандиозных деталей среднего, плана, легкая дымка скрадывает контуры заднего плана, сообщая картине амфитеатра перспективную глубину.

От того поворота шоссе, с которого мы охватываем взглядом весь амфитеатр, до ущелья всего километр.

Здесь, на обочине шоссе, начинается тропа к Шайтан-Мердвену. Она поднимается по крутому сланцевому склону, в зарослях дуба, грабинника, кизила, по лабиринту неглубоких овражков, между там и сям разбросанными глыбами известняка. Тропа приводит к старой дороге. Некогда она была огорожена невысокими барьерами, сложенными из камня, теперь на их месте — только развалы глыб с одной или обеих сторон. На крутых косогорах вдоль дороги — остатки крепид (подпорных стен), часть из которых достаточно хорошо сохранилась. Дорога, петляя, поднимается к уступу скальных известняков и, сделав еще шесть-семь крутых поворотов, достигает входа в ущелье. Тренированный ходок затрачивает на подъем от шоссе до ущелья минут пять-семь, не спеша путь этот проходишь в полчаса.

Торопиться и не стоит. Поднимаясь без спешки, замечаешь многие немаловажные подробности: крепиды дороги, остатки боковых стен и, пожалуй, самое интересное — что на всем протяжении, вплоть до входа в ущелье, дорога была, несомненно, проезжей, во всяком случае доступной для проезда небольших двухколесных повозок. Ее ширина почти везде больше 1,5 м. Крутые повороты вправо и влево удлиняют путь, но делают его в общем достаточно пологим. Кое-где на скальном основании, на плоских глыбах известняка, лежащих в полотне дороги, или на обнаженных сланцах заметны парные колеи. Значит, к Шайтан-Мердвену поднимались или во всяком случае спускались с него не только пешком, но и в повозках.

Впервые разглядывая вход в ущелье, начинаешь припоминать написанное о нем в старых и новых путеводителях, вспоминать рассказы о Шайган-Мердвене.

Многие, как о чем-то само собой разумеющемся, говорят, что расщелина вырублена, пробита в скале. Возьмите хотя бы старую книжку Сосногоровой — в ней так и написано, «...пробита в самом массиве скалы» 4. Читатель, мало сведущий в геологии, примет это за чистую монету и, случись ему карабкаться по ущелью Чертовой лестницы, будет по-настоящему потрясен: какая же прорва труда потребовалась, чтобы пробить ущелье! Так и пойдет гулять легенда о «вырубленной» в горах расщелине.

Для геолога не составит труда разобраться в истинном происхождении ущелья. Он укажет вам десятки подобных же теснин в горном Крыму вообще и поблизости от Шайтан-Мердвенч в частности. Что же, и они устроены человеком? Конечно, нет.